«Глупость», «предательство», «удар по будущему страны» — блогосфера взорвалась гневными эпитетами после новости о том, что Российская академия наук возвращается к изучению почти мифического проекта. Речь идет о переброске стока северных рек (Северной Двины и Печоры) в Приазовье и сибирской Оби — в высыхающее Аральское море, то есть в Узбекистан и Казахстан. Заявление сделал научный директор Института водных проблем РАН Виктор Данилов-Данильян, и оно немедленно вызвало бурю эмоций и воспоминаний о провальных советских мегастройках.
Случайно ли тема всплыла в момент визита в Россию президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева? В большом интервью «Царьграду» академик уверяет, что это чистое совпадение, ведь о визите политика он «ведать не ведал». К тому же, по его словам, главный инициатор проекта с той стороны — не Казахстан, а Узбекистан.
Почему сейчас?
В советское время от грандиозного плана отказались. Хотя и существовало мощное общественное движение против, истинной причиной, по мнению Данилова-Данильяна, стала банальная нехватка денег у советской экономики, уже вползавшей в кризис. Что же изменилось за 40 лет?
Во-первых, резко обострился водный кризис. И не только в Средней Азии, откуда, по словам ученого, идет колоссальная миграция в Россию из-за нехватки воды для ведения хозяйства. Кризис пришел и в саму Россию. Четыре новых региона — ДНР, ЛНР, Херсонская и Запорожская области — испытывают острый дефицит воды. В ЛНР он терпимый, но в остальных — катастрофический. Не хватает воды в Ростовской, Астраханской, Оренбургской областях, на Ставрополье, в Краснодарском крае, Дагестане. Дон за последние 40 лет обмелел на 40%. К тому же глобальное потепление, о котором тогда не думали, обещает югу России еще меньше осадков.
Во-вторых — и это ключевой момент — появились принципиально новые технологии. Советский проект — это гигантский земляной канал длиной 2500 км, шириной 200 метров и глубиной до 9 метров. Потери воды на испарение и фильтрацию в нем достигали бы 50%. Для перекачки 27 млрд кубометров воды пришлось бы строить отдельную атомную станцию. При этом вся выработанная ей энергия шла бы только на перекачку рек.
Сегодня речь идет о совершенно ином подходе — пластиковых трубах. Потери в них — менее 2% на 2500 км. Никакой фильтрации, а значит, нет и губительного воздействия на природу: заболачивания, подтопления, гибели экосистем. Более того, советские ученые боялись, что отбор воды из Оби охладит Обскую губу и Карское море. Сейчас же, в эпоху глобального потепления, уменьшение теплого стока, наоборот, благо. Это замедлит потепление в Арктике и даст экосистемам время на адаптацию.
Еще один плюс труб — возможность поэтапного строительства. Можно проложить одну «нитку» на 5 кубокилометров, и регионы начнут получать воду уже через пять лет, а не через 15, как в случае с каналом. А решение о строительстве второй «нитки» можно принимать уже по результатам работы первой.
Сначала себе, потом — на продажу
Данилов-Данильян уверен: начинать надо не с Сибирской переброски в Азию, а с Северной — на юг России. Это чисто национальный проект, лишенный международных проблем. Оставлять новые территории в состоянии водной катастрофы было бы «недопустимой, жестокой ошибкой».
А вот сибирский проект — это уже международная история. Потребуется договориться с Казахстаном и Узбекистаном о том, кто и сколько платит за стройку и за саму воду. «Даром ничего делаться не должно», — убежден академик. Проект должен быть для России окупаемым, нести не только геополитические, но и экономические выгоды. К тому же, есть мнение, что дешевая вода лишь законсервирует отсталую экономику среднеазиатских стран, вместо того чтобы стимулировать их переходить на водосберегающие технологии.
Ситуацию для Казахстана усугубляет Китай, который имеет долгосрочные планы забирать до 90% воды из рек Или и Черный Иртыш, текущих на его территорию. Это грозит стране «жутким водным кризисом».
Аргументы «против»: предательство или прагматизм?
В России существует и совершенно противоположная точка зрения. Ее сторонники, как политолог Алексей Ярошенко, считают, что нельзя отдавать воду Средней Азии даже за деньги.
Аргументы просты. Руководители этих стран «заигрались в многовекторность», их помощь России в трудные моменты сомнительна, а льготы от Москвы они воспринимают как должное.
«Зачем поить абсолютно неблагодарных людей, которые и так выкачивают из России триллионы долларов, приезжают сюда как мигранты и устраивают здесь этническую преступность, при этом ненавидят нас», — категорично заявляет Ярошенко.
Вода — это стратегический ресурс, который со временем станет дороже нефти. Раздавать его сегодня, даже за деньги, — значит, растрачивать достояние внуков и правнуков. Этот печальный опыт заставляет многих предположить, что Россия будет поставлять воду, а ее «союзники» — продолжать дружить с США и преследовать собственных граждан за подписание контрактов с Минобороны РФ.
