Год Есенина – это большое, знаковое событие для всех ценителей, поклонников творчества Есенина и, конечно, для профессионалов. А что же это событие значит для сотрудников музея Есенина, для тех, у кого долгие годы великому поэту посвящён каждый месяц, день и час?
Корреспонденты информационного агентства 7 новостей спросили об этом у Константина Петровича Воронцова – заслуженного работника культуры Российской Федерации, ведущего научного сотрудника Государственного музея-заповедника Сергея Есенина в Константиново, одного из создателей музея и хранителя есенинского наследия. Наше интервью с Константином Петровичем выходит в преддверии 60-летия музея-заповедника, что особенно радостно и примечательно.
– Год Есенина – это для меня огромная радость. И не только для меня, конечно. Первый директор музея-заповедника Владимир Исаевич Астахов долго добивался этого. Но 100-летие Сергея Есенина совпало с 900-летием Рязани, все последующие юбилеи тоже сопрягались с какими-то другими знаковыми событиями и датами. И я очень рад, что удалось преодолеть все трудности. Ведь мы в Константинове – на переднем крае борьбы не только за Есенина, но и за Россию. Писатель Юрий Мамлеев, например, считал, что ни Лермонтов, ни Пушкин в своих произведениях о родине не достигли той глубины и в то же время – той доступности и понятности, которых смог достичь Есенин. Я всегда знал, что Год Есенина будет объявлен на государственном уровне! Это был вопрос времени!
А времени с момента открытия музея-заповедника С.А. Есенина до объявления 2025 года годом Сергея Есенина прошло немало. В 60-е годы сегодняшний музейный комплекс включал в себя только домик родителей поэта. Не функционировала как музей усадьба Л.И. Кашиной, не было литературного музея и других зданий. Да и дорога до Константиново была только просёлочная. А из сотрудников – дворник, уборщица, смотритель, кассир и директор… Первый директор – Владимир Исаевич Астахов – по-настоящему легендарная личность. Человек, друживший с сёстрами Сергея Есенина, хорошо знавший его сына и мать – и в то же время наш современник. Невероятно, но благодаря Владимиру Исаевичу всех нас от великого поэта отделяют всего два рукопожатия!
Вот как вспоминает о Владимире Исаевиче Константин Петрович Воронцов.
– До назначения на должность директора музея Владимир Исаевич работал учителем русского языка в школе села Пощупово. Был он человеком мягким и добрым, чем, конечно же, пользовались его ученики. А добрые люди всегда очень поэтичны, восторженны, у них особый взгляд на мир. Всё это не могло не привести Владимира Исаевича в местный литературный кружок при рязанском отделении Союза писателей. Несколько его стихотворений даже были публикованы. И когда возник вопрос, кого поставить директором в только зарождающийся музей С.А. Есенина, выбор, конечно, пал на Астахова. Мизерная зарплата, отсутствие транспорта и дорог Владимира Исаевича совершенно не испугали.
– Константин Петрович, а как вы оказались в музее?
– Я сам попал сюда в 70-е годы, когда здесь открылся литературный музей поэмы «Анна Снегина». Студентом Орехово-Зуевского педагогического института я решил писать дипломную работу об истории создания поэмы «Анна Снегина». Никакой литературы об этом в то время в библиотеке не было. И я попросил направить меня в командировку в музей.
– Что вы испытали, когда оказались на родине Есенина?
– Сегодняшняя бесснежная зима не идёт ни в какое сравнение с тем январём 1970-года, когда я приехал в Константиново. В то время уже и дорогу сделали, и автобус 4 раза в день ходил. Но именно в тот день, когда я приехал в Рязань, все дороги замело и автобусы не ездили. Пришлось на электричке добираться до Рыбного, а потом искать попутку. А день был необыкновенный: мороз градусов 15, синее небо с кипельно белыми облаками – настоящая зима. Машину я поймал достаточно быстро, добрался до Пощупова, потом до Кузьминского. А там встретился мне очень интересный человек – Сергей Константинович Сафронов с белым конём по кличке Кутузов. Этот колоритный небритый мужчина в треухе и с самокруткой в зубах всю дорогу до Константинова читал мне Лермонтова, Пушкина – и как читал! В последствии мы подружились, он оказался троюродным племянником Есенина. И до конца был для меня таким вот человеком, открывающим мне мир Есенина. Поэтому первые впечатления от встречи с родиной Есенина – у меня очень необычные.
– Все, кто приезжает в Константиново, говорит, что здесь такой невероятный воздух, такая атмосфера, что сразу приходит вдохновение и хочется писать стихи. Было у вас такое?
– В том январе 70-го точно не было. Стоял мороз, дома были заметены снегом под самые крыши. Я увидел просто белую пустыню. Директора в тот момент, к сожалению, не было в музее. Но я быстро нашёл общий язык с другими сотрудниками музея – их тогда уже было 9. Я увидел, что работы много, а работать некому. Каждую неделю Мосгорсправка присылала пакет с информацией о Есенине, которую нужно было обрабатывать. И в мае я снова приехал в Константиново, чтобы помочь разбирать корреспонденцию. Владимир Исаевич очень тепло принял меня и предложил остаться на всё лето. Я сразу почувствовал, что это добрый человек, настоящий труженик, а не бумажный червь. И он тоже сразу поверил в меня. И даже поселил в мезонине дома Кашиной.
Постепенно я подружился и со всеми ведущими есениноведами, в том числе с Юрием Львовичем Прокушевым, и с сёстрами Есенина. Они и предложили мне остаться работать в музее, и посодействовали переходу из одного ведомства в другое, что тогда было совсем непросто.
– Вам приходилось не только работать с документами, но и вести экскурсии. Помните самую первую группу?
– Самую первую экскурсию я не забуду никогда. Она случилась на следующее утро, после моего приезда в Константиново. Слышу стук в дверь. Открываю – на пороге стоит Владимир Исаевич, а за ним – целая группа школьников из Мордовии. Я же ни одной экскурсии ещё не водил, да и в музее до этого был всего один раз зимой. А Владимир Исаевич говорит: «Попробуй. У тебя получится». И я справился, а он пошёл косить. Любил всё делать сам. Мы часто спорили из-за этого: директор должен сидеть и думать, как достать деньги, как наладить связи. Но Исаевич всегда отвечал: «Это тоже нужно!»
Он ведь и усадьбу вырастил сам. В прямом смысле. В 40-е годы все деревья вымерзли. Сажать новые, ждать, когда они вырастут – этим никто не хотел заниматься, всё засаживали картошкой. А Владимир Исаевич очень хотел, чтобы здесь росли все воспетые Есениным деревья. В 60-е годы их посадили, и он сам лично каждый день носил по 40 вёдер воды и поливал их. Мало кто знает, но и спуск к реке мы с ним благоустраивали своими руками.
– Что же заставляло Владимира Исаевича всем этим заниматься?
– Любовь! Он очень любил поэзию Есенина, и Константиново любил. Да и человек он такой, что иначе и не мог поступить. Сестра Сергея Есенина Александра, с которой мы были очень дружны, как-то сказала мне: «Береги Исаевича!» Он для неё, как и для всех нас – не только первый директор музея, но и главный хранитель духа и наследия великого поэта.
Сообщение подготовлено и распространено информационным агентством «7 новостей»
Номер свидетельства: ИА № ФС 77 – 45909. Выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Дата регистрации 21.07.2011