Надежда Панкова, старший научный сотрудник, кандидат биологических наук, рассказала о кабанихе Элеоноре.
Некоторым кабанам, которые хорошо отличаются от других по особенностям окраски или телосложения, мы даем клички. Эту симпатичную самку, с черными ушами, черными ногами и черным кончиком рыла, которая все время появляется возле фотоловушек одна, назвали Элеонора. Кабаниха красивая – пусть и имя у нее будет красивое.
По какой-то причине она осталась этой зимой одна, без семьи. Вообще-то самки кабанов очень социальные, они не любят одиночества и живут стадами. Стадо кабанов — это большая семья, где все самки — родственницы. Управляет стадом самая взрослая, крупная и опытная самка, под ее покровительством младшие самки растят своих мохнорылых детишек. Вместе жить кабанам теплее, безопаснее и веселее. Но в жизни Элеоноры что-то произошло, и она с марта этого года ходит одна. Что именно — мы не знаем. Возможно, с ее семьей что-то случилось. А может быть, Элеонора просто слишком независимая личность и не ужилась в стаде.
Как проходит жизнь кабанихи Элеоноры? Чем она занимается? Теперь, когда лежит снег, можно легко проверить.
В прошлый понедельник я прошла по суточному следу Элеоноры от чесалки, возле которой она сфотографировалась. И вот как выглядел ее день.
Поздним утром Элеонора вылезла из уютного и весьма обширного тростникового гнезда с крышей. Чтобы сделать такое гнездо, ей пришлось собрать много тростника для подстилки и крыши, плюс она сломала несколько больших веток и молодых стволиков, чтобы эту крышу укрепить. Получилось нечто среднее между копной и шалашом. Кабан залезает туда целиком, только рыло может торчать. А может и не торчать.
Так вот, Элеонора покинула свою спальню поздним утром, ей незачем вставать по будильнику, она дама свободная. Ее будильник — желудок. Поэтому сразу же она направилась в болото — завтракать. Там, в холодном торфе, как в холодильнике, ее ждали корневища тростника, осок и еще какая-то подземная растительная снедь. Ковырялась долго и вдумчиво. Потом пошла в смешанный лес и ковырялась уже там, выкапывая побеги вереска и черники. Дошла до елки-чесалки и хорошенько вычесалась.
Так взбодрилась, что сделала пару лихих прыжков, но потом снова стала бродить, периодически засовывая рыло в снег и выкапывая что-то. Такие порои называются точечными — зондируя рылом снег, кабан находит по запаху что-то вкусное и тут же добывает.
Неторопливо снова дошла до своего гнезда и занялась его усовершенствованием. А потом легла спать.
Всего за день прошла 1,5 км, большую часть пути рылась в земле.
Это не слишком типичный кабаний день. Например, секачи в это время года проходят путь раз в 10 длиннее, чтобы пометить как можно больше деревьев и найти как можно больше самок. Да и стада тоже могут заложить изрядный маршрут. Но Элеонора не обременена семьей. И за секачами бегать не собирается, секачи ее сами найдут. Или уже нашли (?).
Увы, на следующий день Элеонора ушла с этого участка и пока больше на фотоловушках не появлялась. Однако, судя по тому, что она держится в этих краях с весны, скоро мы снова ее увидим.
Надежда Леонидовна Панкова, старший научный сотрудник, кандидат биологических наук
Фотографии с фотоловушки
Некоторым кабанам, которые хорошо отличаются от других по особенностям окраски или телосложения, мы даем клички. Эту симпатичную самку, с черными ушами, черными ногами и черным кончиком рыла, которая все время появляется возле фотоловушек одна, назвали Элеонора. Кабаниха красивая – пусть и имя у нее будет красивое.
По какой-то причине она осталась этой зимой одна, без семьи. Вообще-то самки кабанов очень социальные, они не любят одиночества и живут стадами. Стадо кабанов — это большая семья, где все самки — родственницы. Управляет стадом самая взрослая, крупная и опытная самка, под ее покровительством младшие самки растят своих мохнорылых детишек. Вместе жить кабанам теплее, безопаснее и веселее. Но в жизни Элеоноры что-то произошло, и она с марта этого года ходит одна. Что именно — мы не знаем. Возможно, с ее семьей что-то случилось. А может быть, Элеонора просто слишком независимая личность и не ужилась в стаде.
Как проходит жизнь кабанихи Элеоноры? Чем она занимается? Теперь, когда лежит снег, можно легко проверить. В прошлый понедельник я прошла по суточному следу Элеоноры от чесалки, возле которой она сфотографировалась. И вот как выглядел ее день.
Поздним утром Элеонора вылезла из уютного и весьма обширного тростникового гнезда с крышей. Чтобы сделать такое гнездо, ей пришлось собрать много тростника для подстилки и крыши, плюс она сломала несколько больших веток и молодых стволиков, чтобы эту крышу укрепить. Получилось нечто среднее между копной и шалашом. Кабан залезает туда целиком, только рыло может торчать. А может и не торчать.
Так вот, Элеонора покинула свою спальню поздним утром, ей незачем вставать по будильнику, она дама свободная. Ее будильник — желудок. Поэтому сразу же она направилась в болото — завтракать. Там, в холодном торфе, как в холодильнике, ее ждали корневища тростника, осок и еще какая-то подземная растительная снедь. Ковырялась долго и вдумчиво. Потом пошла в смешанный лес и ковырялась уже там, выкапывая побеги вереска и черники. Дошла до елки-чесалки и хорошенько вычесалась.
Так взбодрилась, что сделала пару лихих прыжков, но потом снова стала бродить, периодически засовывая рыло в снег и выкапывая что-то. Такие порои называются точечными — зондируя рылом снег, кабан находит по запаху что-то вкусное и тут же добывает.
Неторопливо снова дошла до своего гнезда и занялась его усовершенствованием. А потом легла спать.
Всего за день прошла 1,5 км, большую часть пути рылась в земле.
Это не слишком типичный кабаний день. Например, секачи в это время года проходят путь раз в 10 длиннее, чтобы пометить как можно больше деревьев и найти как можно больше самок. Да и стада тоже могут заложить изрядный маршрут. Но Элеонора не обременена семьей. И за секачами бегать не собирается, секачи ее сами найдут. Или уже нашли (?).
Увы, на следующий день Элеонора ушла с этого участка и пока больше на фотоловушках не появлялась. Однако, судя по тому, что она держится в этих краях с весны, скоро мы снова ее увидим.
Фото с фотоловушек Окского биосферного заповедника