Террористический акт в Кизляре — эпизод Первой чеченской войны, в ходе которого 9 января 1996 года боевики под командованием Салмана Радуева и Хункар-Паши Исрапилова атаковали российский город Кизляр (Республика Дагестан) и, взяв группу заложников, 18 января возвратились на территорию Чечни. Первоначальная цель — ликвидация вертолётной базы федеральных сил. Однако в результате боестолкновения с федеральными силами, боевики закрепились в местной больнице и взяли заложников. Используя ситуацию, Салман Радуев потребовал от руководства России вывести войска с территории Чечни и Северного Кавказа.
9 января 1996 года, сразу после призыва Аслана Масхадова активизировать боевые действия против российских войск, военные формирования Ичкерии, действуя силами нескольких мобильных групп под руководством полевых командиров Хункар-Паши Исрапилова, Салмана Радуева и Турпал-Али Атгериева, совершили вооружённый налёт на территорию соседнего Дагестана, выбрав своей целью город Кизляр. Основной целью атак стали военные объекты города: подразделению Айдамира Абалаева было поручено, используя стрелковое оружие и гранатомёты, напасть на вертолётную базу, физически ликвидировать охрану, уничтожить находящиеся на ней вертолёты и захватить оружейный склад. Но на вертолётной базе ждали нападения, и им удалось отбить атаку боевиков; вертолёты, взорванные на базе, были неисправны. Вертолётная база находилась на окраине Кизляра, в 500 метрах от жилых домов, после неудачной атаки на рассвете боевики вошли в город с целью захвата заложников. Убили водителя рейсового городского автобуса, который пытался скрыться. В роддом они вошли ещё ночью. Утром они брали в заложники людей прямо на заводской проходной, которая находится недалеко от аэродрома. «Наурскому батальону» под командованием Мусы Чараева было поручено захватить войсковую часть № 3693, подавить сопротивление охранявшего её батальона Внутренних войск МВД России и постараться захватить как можно больше военнослужащих в плен. Это нападение в воинской части ждали. Первая же машина с боевиками была уничтожена во дворе примыкающего к воинской части многоквартирного жилого дома, при этом огонь вёлся сразу без предупреждения. Никакие федеральные силы до трёх часов дня в город не входили. Все силовики охраняли сами себя и ждали подкрепления, а боевики согнали с утра всех заложников в больницу и стали выжидать и предъявлять свои требования. Сводному отряду «Северо-восточного направления» под руководством Салмана Радуева — захватить авиационный завод и уничтожить его оборудование. Затем, собирая из близлежащих домов заложников, боевики предполагали выдвинуться вместе с ними к железнодорожному вокзалу и взять его под контроль.
Захват города целиком во время рейда не планировался, но в обстановке неминуемого окружения отрядам боевиков пришлось действовать по обстоятельствам. Удержать аэродром они не смогли, хотя в результате боя им удалось уничтожить два вертолёта Ми-8[2] и два бензовоза. Под натиском подошедших частей федеральных войск нападавшие были отброшены от места дислокации батальона и отступили в город, где выбрали более доступную для захвата цель — родильный дом и городскую больницу, взяв в заложники свыше ста человек — медицинский персонал клиники и находившихся там пациентов, всецело повторяя будённовский сценарий. Сразу же после этого боевики согнали в здание ещё свыше 3000 человек из близлежащих жилых домов. Разместив заложников на верхних этажах, террористы заминировали второй этаж, а сами забаррикадировались на первом, готовясь держать оборону. Часть из группы боевиков осталась удерживать мост через Терек на подходе к городу. К исходу дня 32 человека оказались убитыми и 64 получили ранения.
Боевики так и не вышли на переговоры с командованием федеральных сил, блокировавшим кварталы возле больницы. 10 января с сотней заложников они покинули город после переговоров с руководителями Республики Дагестан. Аргументы, приведенные дагестанским руководством, остались для всех загадкой. Рейд Радуева на Кизляр сильно обострил отношения боевиков с жителями многонационального Дагестана, ухудшилось отношение местного населения к проживающим на территории республики чеченцам-акинцам.
Обратный маршрут группы Радуева прошёл по территории Дагестана вдоль границы с Чечней. На свою сторону боевики хотели перейти в районе села Первомайское, расположенного в 300 метрах от границы. У приграничной реки Аксай колонна автобусов с боевиками и заложниками (165 человек) была остановлена предупредительным огнём (поразившим машину сопровождения дагестанского ГАИ). Федеральные власти не собирались пропускать боевиков с заложниками на территорию Чечни: предполагалось, что они освободят людей на границе. Боевики же намеревались ехать с заложниками дальше, до штаба Дудаева в поселке Новогрозненский.
После обстрела колонна вернулась в село Первомайское, где боевики, прикрываясь заложниками, разоружили блокпост российской милиции. В результате число пленных у боевиков увеличилось на 37 милиционеров из Новосибирска.
11-14 января боевики укрепились в Первомайском. Село было блокировано федеральными войсками. К месту событий прибыли министр внутренних дел РФ Анатолий Куликов и директор ФСБ Михаил Барсуков. Переговоры зашли в тупик. Радуев постоянно менял свои требования. Настаивал, чтобы Григорий Явлинский, Борис Громов, Александр Лебедь и Егор Гайдар стали то посредниками в переговорах, то добровольными заложниками. Требовал, чтобы в переговорах участвовал премьер-министр Виктор Черномырдин.
15-18 января состоялся штурм села. Решение о начале операции было принято после известия о расстреле старейшин и нескольких милиционеров. Часть боевиков вырвалась из окружения, воспользовавшись проложенной над рекой Аксай газовой трубой.
9 февраля 1996 г. Государственная Дума постановила амнистировать участников «противоправных действий» в Кизляре и Первомайском, при условии освобождения оставшихся в плену заложников. Позже Генеральный прокурор Юрий Скуратов подтвердил, что группа ОМОНовцев действительно попала в плен, а «правители решили обменять чеченских бандитов, арестованных в Первомайске», но, так как подобные действия являлись формально незаконными, то «выход был найден: Государственная дума приняла решение об амнистии».