«Кто кончил жизнь трагически, тот истинный поэт», — эти слова из песни Владимира Высоцкого с полным правом относятся и к «последнему рыцарю Серебряного века» Николаю Гумилёву. Фамилия же этого знаменитого поэта, мужа Анны Ахматовой, — наша, исконно рязанская
Как Панов Гумилевым стал
Общеизвестно, что поэт Гумилёв родился в 1886 году в Кронштадте. В этом городе жили тогда его родители — морской врач Степан Яковлевич и его супруга Анна Михайловна (урожденная Львова). Детство Николай Степанович Гумилёв провёл в Царском Селе. Потом учился в гимназиях Петербурга и Тифлиса. А вот фамилия знаменитого поэта — исконно рязанская. Родоначальник Гумилёвых по имени Прокопий в начале XVIII столетия служил священником рязанской епархии. Фамилию свою получил он в семинарии (от латинского слова humilis, что означает смиренный, простой и скромный). Причём первоначально она произносилась с ударением на «у» и лишь со временем приобрела интерпретацию, более благозвучную для русского языка.
Любопытно, что отец Степана Яковлевича Гумилёва, Яков Федотович (служивший дьячком в селе Желудево нынешнего Шиловского района родной дед поэта Николая Гумилёва по мужской линии) первоначально был Пановым. А стал Гумилёвым лишь после того, как взял себе эту родовую фамилию своей супруги Матрёны. Дело в том, что когда Яков Федотович Панов пришёл просить руки своей избранницы, её отец Григорий Прокопьевич Гумилёв согласился благословить брак лишь в том случае, если Яков станет носить фамилию жены. Объясняется это тем, что в то время в церковной среде принято было передавать место служения по наследству. А поскольку сыновей у Григория Прокопьевича не было, тот и решил он использовать для этой цели зятя, который после свадьбы был определён псаломщиком в ту же Христорождественскую церковь села Желудева.
Смерть под № 13
Исполняя волю родителей, сын Якова Федотовича и Матрёны Григорьевны Гумилёвых Степан поступил в духовную семинарию. Но потом перевёлся на медицинский факультет Московского университета (по существующим тогда правилам это было возможно) и стал служить в чине старшего судового врача. Скитался по разным морям, в связи со службой проживал в нескольких местах, а тянуло всё-таки на Рязанщину. И в начале XX века Степан Яковлевич Гумилёв купил имение в хуторе Березки Рязанского уезда. Его семья там в 1901–1906 годах проводила каждое лето, и место это в значительной степени способствовало формированию Николая Гумилёва, как личности. Орест Николаевич Высотский (родной сын поэта от брака с артисткой театра Мейерхольда Ольгой Николаевной Высотской) рассказывал, что в 1901 году Степан Яковлевич Гумилев привёз отдыхавшему в Березках сыну Николаю шомпольную двустволку с тонкими стволами. «Как раз в это время открылась охота на уток, — писал Орест Николаевич, — которых было множество по маленьким озёрам. У Николая появился новый приятель Костя, сын местного священника. Ружьё у Кости было уже давно, он хорошо знал окрестности, и ранним утром, когда над лугами стлались волны тумана, друзья отправлялись на охоту. Возвращались к вечеру усталые, перепачканные болотным илом, но счастливые, с подстреленными чирками и кряквами».
Есть и ещё одно существенное доказательство пребывания на Рязанщине поэта Гумилёва. Это — документ 1902–1903 годов, хранящийся в нашем областном архиве. «Имею честь донести вашему превосходительству, — говорится в рапорте соответствующих служб Рязанскому губернатору, — что проживающий в Затишьевской волости, близ деревни Коротковой, на хуторе, называемом Березки, в имении своего отца действительного статского советника Гумилёва, воспитанник Тифлисской гимназии Николай Степанович Гумилёв 17 лет, бывая нередко на соседней водяной мельнице крестьянина Курапова, будучи хорошо знаком с сыном мельника Сергеем Михайловичем Кураповым, во время прогулок на велосипеде или на ружейной охоте с ним неоднократно высказывал ему, что он, Гумилёв, принадлежит к тайному противоправительственному обществу, имеющему цель — возмущения простого народа против помещиков и зажиточных людей…».
После тщательной проверки выяснилось, что это не соответствует действительности и является лишь плодом воображения мечтательного юноши. А вот смерть Николая Гумилёва, расстрелянного 26 августа 1921 года по постановлению Петроградской ВЧК, к мечтательности отношения уже не имела. 1 сентября 1921 года газета «Петроградская правда» поместила сообщение ВЧК о раскрытом в Петрограде заговоре против Советской власти. Был опубликован список расстрелянных участников заговора в количестве 61 человека. Среди них под № 13 значился «Гумилёв Николай Степанович… филолог, поэт, член коллегии „Издательства Всемирной литературы“, беспартийный, бывший офицер. Участник Петроградской боевой организации, активно содействовал составлению прокламаций контрреволюционного содержания, обещал связать с организацией в момент восстания группу интеллигентов, которая активно примет участие в восстании, получал от организации деньги на технические надобности».
По существующей легенде, перед самым расстрелом прибыл приказ о помиловании Николая Степановича. «Поэт Гумилёв, выйти из строя!» — раздался зычный голос командира расстрельной команды. «Здесь нет поэта Гумилёва, — ответил на это Николай, — а есть дворянин и офицер Гумилёв». Такого расстрельщики стерпеть не смогли и выполнили своё дело. То есть Николай Степанович, якобы, сам пошёл на смерть.
Рязанские родственники поэта
«Почти со стопроцентной уверенностью можно сказать, что сегодня в Рязани продолжают жить родственники знаменитого поэта, — утверждают краеведы, — ведь в архивных рязанских документах фамилия Гумилёв встречается и много позже описанных событий. Вполне возможно, что большинство из них уже носят другие фамилии и даже не знают о своём знаменитом родстве».
Лично я с этим высказыванием полностью согласен. И в заключение лишь назову в алфавитном порядке те рязанские фамилии, с которыми состояли в родстве или были дружны Гумилёвы: Алфеевы, Ансеровы, Булашевич, Гудневы, Елютины, Золотаревы, Красновы, Лопаревы, Мусоргские, Некрасовы, Нестеровы, Павловы, Перегрины, Перовы, Поливановы, Посниковы (Постниковы), Поповицкие, Сербариновы, Смирновы (рязанские мещане), Титковы, Токаревы, Турне, Тюшевские, Федоровы (рязанские мещане), Фортинские, Фортунины, Холщевниковы, Яхонтовы.
Евгений Данилин
