Любовь, обретённая через болезнь

Удивительно коммуникабельным и сильным человеком оказалась хрупкая с виду девушка Катя – героиня моей новой истории. Сегодня она достаточно откровенно рассказывает, что относительно недавно была «овощем». Так обычно называют людей, прикованных к кровати. Согласитесь, жёсткое сравнение? Тем более, когда слышишь его из уст красивой молодой женщины, более того, – когда она характеризует так своё собственное состояние.

Большой «STOP»

С ранних лет Катя росла разносторонней. Ещё малышкой вместе с дедушкой она ходила на рыбалку, он же посадил её на лошадь, которую сейчас и держит в своём хозяйстве ради внучки. В подростковом возрасте училась в музыкальной школе по классу фортепиано, занималась в народном хоре. Совсем недевичий характер тянул в спорт: лёгкая атлетика, каратэ. Успела поучаствовать в организации молодёжной политической партии. Всё это с лёгкостью сочеталось в милой и озорной светловолосой девчонке с открытым взглядом.

– Я много чем увлекалась. Занималась, например, сурдопереводом, – рассказывает мне Катя. – Дедушка шутил, мол, Катька, тебя домовой не любит – ты дома почти не бываешь.

Так было до тех пор, пока болезнь не приковала к дому. Серьёзным потрясением для юной Кати стала гибель близкой подруги в 2007 году. Последствия переживаний не заставили долго ждать. Уже через год, когда 20-летняя девушка училась в медицинском колледже, начались серьёзные проблемы.

– Мы как раз тогда проходили практику в неврологии. Я стала хромать, затем начали неметь конечности. Правая рука совсем отказывалась шевелиться, тогда я научилась писать левой, – вспоминает Катя.

Некоторое время многие не догадывались о катином недуге:  так старательно и самоотверженно она с ним боролась. Но впереди ожидали глобальные трудности.

В деревне у любимого дедушки Катя впервые упала с лошади – онемела рука. После началось резкое обострение. Врачи около года не могли поставить диагноз. Проведя уйму обследований, всё же установили: рассеянный склероз. Как это ни странно и дико звучит, но – в нынешнем веке, это болезнь молодых. Классический показатель этого заболевания – слепота. У Кати оказалась неклассическая форма. У неё два больших очага, которые парализовали буквально всё: руки, ноги, спину, голосовые связки. Катя даже не могла есть.

Требовалась трансплантация костного мозга. В одной клинике получили отказ – врачи не взялись: настолько тяжёлым было состояние девушки. Процедуру всё же сделали, в онкологическом центре им. Н.Н. Блохина. Затем долго искали клинику с лицензией на проведение процедуры клеточной терапии, когда в спинномозговую жидкость пациента вводят его же собственные стволовые клетки. Это необходимо для восстановления функций организма. Клинику такую нашли в Москве, но она оказалась частной. К этому времени девушка уже была абсолютно недвижима и… одинока. Первой услугой, которую оказало заболевание, стал колоссальный отбор друзей.

– Болезнь отмела практически всех друзей. Но я не жалею об этом, – с улыбкой продолжает моя собеседница. – Теперь я знаю, кто есть кто.

Ещё страшнее медицинских терминов звучит откровение о страшных мыслях юной судьбы, когда она оказалась совсем беспомощной и вырванной из привычной активной жизни. Заботливые родители, дедушка и бабушка не теряли веры и всячески старались поддержать Катю. Бабушка пришла в один из рязанских храмов, договорилась о встрече со священником. Тот трижды приглашал приехать, но когда Катю привозили, встречи срывались. Причины неизвестны, хотя через некоторое время стало понятно, что здесь был промысел Божий. Бабушка обратилась к другому священнику, который не преминул приехать. Раз, второй, третий. Стал катиным духовником, или, как называет его сама девушка, наречённым крёстным. Катя очень благодарна ему – она стала по-другому смотреть на мир.

– Болезнь стала для меня большим СТОПом, – уверена Катя. – Она не просто сковала физически. Видимо, так Господь меня от чего-то уберёг.

Длительная реабилитация, неописуемая сила воли и забота близких вкупе с обретённой верой во Христа делают своё дело. Сегодня Екатерина вновь самостоятельна в некоторых делах. О спорте думать, правда, не приходится, но она много читает, перемежая фантастику и детективы с произведениями классиков, прекрасно разговаривает и подумывает изучать дистанционно английский (к тому же, он легко давался ей раньше), с поддержкой перемещается по дому, выезжает за город. И даже мастерит с мамой поделки к любимому семейному празднику – Новому году. Хотя, больше Катя с недавних пор, наверное, полюбила Рождество и Пасху. И вот почему…

Пасхальный сюрприз

Он уверенно и нежно сжимает её руку. Они сидят рядом, смотрят друг на друга и, кажется, что общаются без слов. Так было и в первую встречу.

– Была практически немая сцена. Мы смотрели друг на друга и молчали, – вспоминает Илья. – Но я тогда уже понял, что в ней нашёл настоящую женщину. В ней есть всё, что мне нужно. Она совсем не похожа на тех, интересы которых – сплошь поездки на курорты, карьерный рост, деньги.

– Я никогда не верила в Интернет-знакомства, но всё же решила зарегистрироваться на одном из сайтов. Это случилось в Рождество, – с лёгкой улыбкой вспоминает Катя. – Только я зарегистрировалась, как мне пришло поздравление от молодого человека. Это было странно, потому что он только разместил на своей странице запись, что удаляется с сайта.

– Я, действительно, хотел уже удалить свой аккаунт, когда вдруг увидел среди вновь зарегистрированных Катю. Решил ей написать, – скромно признаётся Илья.

Несколько месяцев продолжалась их переписка, пока в пасхальную ночь Катя не получила на телефон фото. Илья стоял около ближайшего к дому Кати магазину. Внизу приписка: «Я приехал. Около твоего дома». С тех пор Илья и Катя почти не расстаются.

– Илья стал моей правой рукой, – рассказывает мама Кати Оксана Семёновна, обаятельная современная женщина с живым блеском в глазах. – Я полностью уверена в том, что он позаботится о дочке. Он уже ездил с ней без меня в Челябинский апицентр и прекрасно справился.

Реабилитация

В обставленной со вкусом девичьей комнате непривычно видеть грузный тренажёр-вертикализатор. Но он – большой помощник для Кати в домашней реабилитации. Штуковина эта не из дешёвых. Его купил спонсор. Самостоятельно приобрести агрегат было бы проблематично для катиных родных, учитывая, что мама в силу обстоятельств находится постоянно с дочерью. Зарабатывает только папа. Но его зарплаты, сложенной с катиной пенсией, на необходимый восстановительный курс не хватает. Неудивительно – расценки внушительные. Пятнадцатидневное пребывание в апицентре стоит 94 500 рублей. Курс рекомендуется проводить дважды в год.

Но еще более важная процедура – очередной забор стволовых клеток для клеточной терапии. У Кати осталось несколько пробирок с «родным» биоматериалом. Поэтому в скором времени ей просто необходимо повторить процедуру, которая вместе с последующей реабилитацией стоит 841500 рублей. И дальше – дважды в год 20-дневная реабилитация стоимостью 380100 рублей.

Но Катя и её близкие не отчаиваются. Они верят, что найдутся неравнодушные люди, которые помогут. Катя выглядит сегодня вполне счастливой, но еле заметная грустинка всё же пробивается наружу. А может, это совсем не грустинка, а надежда на то, что лучшее всё ещё впереди.

Вверх